Атаки беспилотных летательных аппаратов на промышленные и инфраструктурные объекты перестали быть редкостью и превратились в системный фактор, который обязаны учитывать и проектировщики систем пожарной безопасности, и руководители тушения пожара. Пожар после удара БПЛА - это особый сценарий: очаг может быть расположен в зоне повторного удара, рядом могут лежать неразорвавшиеся боеприпасы и фрагменты, территория заминирована, а связь в эфире подавлена средствами радиоэлектронной борьбы.
В таких условиях возникает жесткий парадокс: с одной стороны, для локализации пожара критичны первые минуты - именно они определяют, произойдет ли каскадное развитие возгорания и объемный взрыв на резервуарных парках и технологических установках. С другой стороны, руководителю тушения пожара запрещено вводить личный состав в зону, не проверенную инженерными войсками и подразделениями разминирования: до осмотра территории саперами и подтверждения отсутствия взрывоопасных предметов любой расчет ствольщиков фактически становится мишенью. Пока саперы работают, пожар развивается, и пассивное ожидание приводит к потере объекта.
Единственный технический ответ на этот парадокс - дистанционное и автоматическое пожаротушение: роботизированные установки, мобильные робототехнические комплексы и средства физической защиты личного состава. Они позволяют начинать подачу огнетушащих веществ в «серую зону» - туда, куда человек без риска для жизни войти не может, - и вести разведку очага средствами видео- и тепловизионного наблюдения до прибытия разминирования.
Применение робототехники в пожарной охране опирается на сложившуюся правовую рамку:
Стационарные РУП проектируются для защиты резервуарных парков, насосных станций, факельных установок и других капитальных объектов, где задержка с подачей огнетушащего вещества измеряется минутами и оборачивается катастрофой.
Их сила - в скорости и автономности. Приведение в действие занимает 20–30 секунд, стволы работают по сигналу датчиков без участия человека, что исключает задержку на «человеческий фактор» - фактор, который в сценарии с повторным ударом БПЛА становится определяющим. Распределенная архитектура сети означает, что уничтожение одного ствола дроном не ведет к отказу всей системы: автономный алгоритм продолжает охлаждать соседние аппараты, предотвращая каскадный пожар.
Отдельно стоит отметить эффективность компрессионной пены низкой или средней кратности: образуемая ею стойкая пленка исключает повторное воспламенение паров от второго дрона - а повторный удар по уже горящему объекту, увы, типовой сценарий.
Ограничение одно, но существенное: РУП требуют прокладки дублирующих защищенных сетей водопровода и деления системы на секции, то есть это инвестиция на этапе проектирования или реконструкции объекта, а не экспресс-мера.
Мобильная роботизированная установка «Русак» решает ту самую работу в «серой зоне» в первые 5-7 минут после удара, когда человек не зайдет на объект из-за риска повторного удара дрона или детонации.
Ключевые характеристики машины:
Ограничения соответствуют классу техники: дальность связи до 350 м, скорость 15 км/ч не позволяет уклоняться от пикирующего дрона, а подача огнетушащего вещества зависит от внешнего источника - пожарного кольца или автоцистерны. То есть «Русак» - не замена стационарным РУП, а их маневренное дополнение.

Гусеничные робототехнические комплексы разработки ФГБУ ВНИИПО МЧС России (г. Балашиха) закрывают задачи, с которыми не справится ни колесная техника, ни пешая разведка.
| Параметр | «ЕЛЬ-4» | «ЕЛЬ-10» |
|---|---|---|
| Масса снаряженная | 9,2 т | 19,0 т |
| Двигатель | Perkins 1106C-E60TA, 170 л.с. | Perkins 1106D-E66TA, 234 л.с. |
| Запас воды / пенообразователя | 1,4 т / 0,5 т | 2,5 т / 0,8 т |
| Дальность подачи воды / пены | до 70 м / 50 м | до 80 м / 50 м |
| Расход на лафетном стволе | 1200 л/мин | до 2400 л/мин |
| Грузоподъемность схвата | до 500 кг | до 1000 кг (на вылете 2,5 м) |
| Дальность управления | до 2000 м | до 2000 м |
| Скорость | до 10 км/ч | до 10 км/ч |
«ЕЛЬ-4» ориентирован на ликвидацию техногенных аварий на химических производствах, атомных станциях и складах, работу в зонах радиационного и химического заражения, разборку завалов бульдозерным ножом и гидравлическим хватом, доставку воды и пены к очагу через заграждения с помощью манипулятора.

«ЕЛЬ-10» - комплекс тяжелого класса, созданный для условий максимальной опасности: склады боеприпасов, нефтебазы, объекты атомной и химической промышленности в условиях сплошных завалов и непрекращающихся взрывов. Его козырьки - автономность (запас огнетушащих веществ на борту), устойчивость к высоким температурам за счет самоохлаждения водяной завесой и устойчивость к осколочно-взрывному поражению: толщина броневых листов 8 мм. Для сценария «пожар на объекте, по которому продолжают лететь дроны» это именно тот набор свойств, который нужен.

Комплекс «Уран-14» производства АО «766 УПТК» (г. Нахабино, входит в состав АО «Концерн Калашников» госкорпорации «Ростех») создавался изначально под задачи дистанционного пожаротушения на опасных и труднодоступных объектах.
Характеристики: масса снаряженная 14 т, силовая установка 240 л.с., производительность насоса 2000 л/мин, дальность струи 50 м, цистерны на 2000 л воды и 600 л пенообразователя, дистанционное управление по радиоканалу на расстояние не менее 1000 м. Ствол-монитор вращается вкруговую, что важно при обороне объекта от разносторонних угроз.
Особая ценность «Урана-14» - совмещение пожаротушения и инженерных функций: разведка очагов, в том числе скрытых, по оптико- и тепловизионному видеонаблюдению; проделывание проходов в завалах; подъем и перемещение схватом опасных и взрывчатых грузов массой до 1,5 т; толкание грузов до 4 т. Бронированный корпус прямо в документации производителя обоснован применением машины «при тушении пожаров в зоне наличия взрывоопасных предметов» - то есть это как раз тот случай, когда робот работает до и параллельно с саперами, а не вместо них.

За последние годы на российском рынке сформировалась целая линейка роботизированной противопожарной техники - от сверхлёгких платформ до двадцатитонных машин. Если считать по числу представленных на рынке моделей, Россия и Китай доминируют в сегменте мобильных пожарных роботов: в отраслевое исследование вошло 69 образцов из 22 стран. Важно и то, что техника наконец получила собственный нормативный акт: ГОСТ 35035-2023 закрепил классификацию мобильных комплексов по массе, требования к проходимости, автономности, работе в условиях радиационного загрязнения и методы испытаний. Это перевело пожарную робототехнику из разряда «инициативных разработок» в категорию регулируемой сертифицированной техники.
Робототехнический комплекс АНТ-1000ПМ, созданный Ковровским электромеханическим заводом и ВНИИ «Сигнал» (холдинг «Высокоточные комплексы» госкорпорации «Ростех»), построен на базе серийного дизельного мини-погрузчика АНТ-1000. Пожарный модуль с лафетным стволом и водопенной эжекторной насадкой установлен на дистанционно управляемой стреле: огнетушащие вещества подаются на дальность до 65 м и высоту до 35 м, управление ведется с дистанции до 1 км по системе «Прометей», устойчивой к сильному задымлению и электромагнитным помехам. Надежность машины подтверждена испытаниями во ВНИИПО МЧС России, а в 2026 году холдинг отгрузил первую серийную партию комплексов крупному российскому топливному концерну.
На той же технологической базе построен комплекс «Пионер» - дистанционно управляемая пожарная машина ПМ-160 на гусеничном шасси Курганского машиностроительного завода, ориентированная на тушение в труднодоступных местах и защиту объектов топливно-энергетического комплекса; аналогичные установки уже работают на Калининской и Ростовской АЭС, выполняя разведку и тушение в зонах радиационного риска.

На салоне «Комплексная безопасность» 2026 года КАМАЗ вместе с АО «Монолит» и при участии Академии МЧС представил гусеничный робототехнический комплекс ВАРАН ПЛ-30: масса 440 кг, лафетный ствол с производительностью 30 л/с, дальность струи до 50 м, непрерывная работа не менее 24 часов, комплектация тепловизором и газоанализатором. Комплекс уже применялся на объектах нефтегазового комплекса - то есть на сценарий «пожар после удара БПЛА» он ложится напрямую.
Вариант МРУП-112 ВР Варгашинского завода ППСО (Курганская область) - серийная мобильная радиоуправляемая установка пожаротушения, изготовленная по госконтракту для МЧС России: бортовая система дистанционного управления и радиотелеметрии, две водонепроницаемые камеры с ИК-подсветкой, лафетный ствол с дистанционным управлением, радиус управления свыше 200 м. Машины поставлены в пожарно-спасательные гарнизоны Москвы, Санкт-Петербурга, Нижнего Новгорода, Екатеринбурга и Волгограда.
Рядом с ним - разработки того же легкого и сверхлёгкого класса: мобильная роботизированная установка «Прометей» (ЗАО НПО «КЗСТ», Курган), дистанционно управляемая установка ЛУФ-60 массой около 2 т, мобильная установка пожаротушения роботизированная (МУПР) с управлением на дистанции до 200 м и сканированием объектов камерами, гусеничный МРК-РП с электроприводом для работы в задымленных закрытых помещениях (совместная разработка ВНИИПО и МГТУ им. Баумана) и компактный комплекс «Тропа-3» от ОАО «Редуктор» массой всего 250 кг с электродвигателями и возможностью движения по железнодорожным путям - незаменимый в тоннелях метро.
Помимо РУП «ЭФЭР» (пожарные роботы с автоматическим наведением по ИК- и ТВ-каналам, взрывозащищенное исполнение, быстродействие от сигнала «Тревога» до начала тушения не более 20 с, защита ангаров, резервуарных парков, эстакад и морских платформ), на рынке работают и другие производители:
За рубежом рынок мобильных пожарных роботов представлен гусеничными комплексами MVF-5 хорватской компании DOK-ING, машинами американской Howe & Howe, изделиями Magirus, а также серией китайских производителей (Guoxing Intelligent, Kaicheng Intelligence) - последние конкурируют с российскими разработками преимущественно в легких и средних классах. По оценкам аналитиков, Россия традиционно лидирует именно в тяжелом классе, тогда как мировой рынок сосредоточен на более легких разведывательно-технологических роботах.
Бронещиты для ствольщиков - не альтернатива роботам, а последний рубеж. Они предназначены для экстренной защиты личного состава пожарной охраны и НАСФ при ручном вводе стволов в условиях затухающей угрозы БПЛА: обеспечивают фрагментарную защиту от взрывной волны, осколков и светового излучения, позволяют пожарному расчету приблизиться к очагу на дистанцию 10-15 метров и перемещаются вручную силами минимум двух бойцов либо на базе легких тягачей.
Их недостаток очевиден и принципиален: использование щитов подразумевает присутствие людей в зоне, которую РУП могут закрыть безопаснее. Поэтому тактически бронещиты - это средство ввода личного состава уже после того, как роботы локализовали очаг и территория прошла проверку.

Атаки беспилотных летательных аппаратов изменили саму постановку задачи пожаротушения на промышленных и инфраструктурных объектах. Классическая схема «поступил сигнал тревоги - расчеты выезжают на позицию - ствольщики работают с очага» в новых условиях перестала быть безопасной и, как следствие, перестала быть применимой: пока территория не проверена саперами, ввод людей в зону недопустим, а к моменту проверки пожар уже выходит из-под контроля. Ответом на это стала роботизация - и она уже не проектная абстракция, а сформировавшийся рынок с десятками серийных образцов, собственной нормативной базой и реальной эксплуатацией в гарнизонах МЧС и на объектах ТЭК.
Практический вывод для руководителей объектов и служб пожарной безопасности состоит в том, что роботизированные комплексы следует рассматривать не как дорогую новинку, а как обязательный элемент планов противопожарной защиты угрожаемых объектов - наравне с АУП и системами оповещения. Инвестиции в стационарные РУП и мобильные РТК измеряются в долях стоимости защищаемого актива, тогда как цена одного каскадного пожара на резервуарном парке - в миллиардах рублей и, что важнее, в жизнях людей. Урок последних лет прост: там, где роботы встречают огонь первыми, пожар остается инцидентом; там, где первые минуты потеряны, - становится катастрофой.